Где машина перестаёт считать и начинает «думать»? В том, как работает ИИ и в чём он уступает человеку, разбирались участники тематического вечера «Наука всегда кстати. НЕискусственный интеллект», который прошёл 23 апреля в Информационном центре по атомной энергии (ИЦАЭ) Калининграда.

Может ли божья коровка думать? С этого вопроса начал лекцию Михаил Никитин, доктор физико-математических наук, профессор Балтийского федерального университета имени Иммануила Канта. Он отметил, что ДНК насекомого отличается от человеческого на 15% — и при этом у него есть примитивные абстрактные способности. Граница между инстинктом и мышлением размыта. Прежде чем говорить об искусственном интеллекте, стоит разобраться, что такое интеллект вообще.

Спикер рассказал, что у современных нейросетей есть конкретные предшественники. В 1942 году Айзек Азимов сформулировал три закона робототехники — первую попытку задать этические рамки для машинного разума. В 1950-м Алан Тьюринг предложил критерий разумности машины: если она в переписке неотличима от человека, её можно считать думающей. В 1956 году Джон Маккарти на Дартмутской конференции ввёл термин «искусственный интеллект» — и дал имя новой науке.

Модель искусственного нейрона позаимствована у биологии: каждый элемент сети получает сигналы, взвешивает их и передаёт дальше — как синапс в мозге. Разница в обучении: ИИ не строит модель мира, а выявляет статистические зависимости в данных и воспроизводит накопленный опыт.

Отсюда — и сила, и предел, подчеркнул эксперт. В медицине системы, обученные на десятках тысяч томограмм по 100 срезов каждая, выявляют патологии точнее врача — за счёт объёма данных, недоступного человеку. В астрофизике ИИ обрабатывает сведения со спутников: в Млечном Пути около 100 миллиардов звёзд, и отслеживать среди них потенциально опасные для Земли объекты без автоматизации невозможно.

При этом разработчики нередко не знают, почему система пришла к тому или иному выводу. Это одна из ключевых нерешённых проблем.

«Глубокие нейронные сети часто называют «чёрным ящиком»: мы видим результат, но не всегда понимаем, почему система пришла именно к нему», — объяснил Михаил Никитин.

Дискуссия в финале лекции оказалась закономерной: обладает ли ИИ сознанием и необходимо ли оно ему для работы? Участники поговорили о природе самосознания и о том, переходит ли количество нейронных связей в качество — в понимание. Однозначного ответа не нашлось ни в науке, ни в зале.

Завершила лекцию басня Крылова «Ворона и лисица», переписанная ИИ в стиле рэп. Зал засмеялся — и сразу встал следующий вопрос: это генерация или творчество?

После лекции состоялась премьера интеллектуальной игры «НЕискусственный интеллект». Пять туров — каждый про то, где у ИИ пробел: ассоциативное мышление, исключение лишнего, работа с неполными данными, логика и считывание скрытых смыслов в тексте.

Самым живым получился четвёртый тур: нужно было по косвенным уликам найти автора анонимной записки, у которого живёт паук Геракл. Когда команды огласили ответ, началось обсуждение — участники стали замечать детали, которых в условии не было. Например: громкий рок опасен для паука — не потому, что тот слышит, а потому что чувствителен к вибрациям.

«Лекция и игра хорошо сработали в паре, — поделился Игорь, один из гостей вечера. — Сначала объяснили, как устроен ИИ и где он уже сильнее нас, потом дали проверить это на практике. Хороший повод задуматься: ИИ в повседневной жизни — да, но и про собственные способности забывать не стоит».

В финале Михаил Никитин предложил смотреть на ИИ как на инструмент с сильными и слабыми сторонами: он эффективен там, где важны объём данных и скорость, а человек — там, где требуется контекст и интерпретация. По словам эксперта, такое различие помогает трезво оценивать возможности технологий и собственные навыки.